Реальные истории Rotating Header Image

Тёмные изумрудные волны – глава 1

Июнь 1996 года Волгоград

Светло-бежевая «шестерка» Жигули выехала из города и, оставив вправо от себя милицейский пост, а влево – дорогу на аэропорт, двинулась по московской трассе. Утренняя прохлада врывалась в открытые окна. Там, где небо сливалось с землёй, поднималось кроваво-красное солнце. День обещал быть жарким.
Сидевший на переднем сиденье неряшливо одетый худощавый блондин спросил:
- Послушай, Трезор, эти наши последние клиенты, может, ты сам с ними пообщаешься?
- Хватит! С меня довольно, – откликнулся водитель, – крупный, сильный, краснощекий молодой человек. – Рассказывать истории – не по моей части.
- Какая разница? Это последний район, где мы не были.
- Такая разница – одна дает, другая дразнится, – проворчал Трезор. – У тебя болтушка лучше подвешена, у меня так не получится.


Немного помолчав, добавил:
- Нет, если хочешь на шару прокатать шестьсот километров – давай, пожалуйста! Схожу, базара нет. Будет ли приход, не обещаю.
Блондин в задумчивости обозревал пустынный горизонт. Бесконечные поля и степи. Глазу зацепиться не за что.
- Что будет, когда последнему папуасу будет продан стеклянный шарик? – задумчиво проговорил он, обращаясь больше к самому себе. – С кем дальше работать?
- Мне бы твои проблемы. У тебя же есть работа.
- Я – низкооплачиваемый государственный служащий. Едва свожу концы с концами. А ты – крутой пацан, бандит, гангстер. Реальный мужик.
Трезор повернул к собеседнику свою голову, – квадратную, с широким и низким лбом и крепкой челюстью, – и насмешливо сказал:
- Слышь ты, служащий! Расскажи бабушке, кому ты служишь.
Некоторое время они ехали молча. Затем Трезор стал жаловаться на то, как плохо у него идут дела. Хозяин урезал содержание. Заказы есть, работы полно, а с деньгами обижают. Невыгодно стало жизнью рисковать. Да, милиция хозяина прижала, рамсы какие-то идут, но они, большие дядьки, знают, за что борются. А простым солдатам что с этого достается?! Оральное удовольствие!? Нет, хватит, с него довольно! Теперь он поведет свою игру, по своим правилам.
Так говорил он, изредка бросая на своего напарника испытующие взгляды. Напарник, в свою очередь, ни в чем не возражал, но и не поддерживал его. Особенно в части, касавшейся обсуждения «Короля» – хозяина, на которого работал его друг.
Они въехали в районный центр, когда солнце, поднимаясь все выше и выше над синей пучиной, достигло зенита. Оттуда, с высоты, будто лился текучий пламень. А на земле, в пыльном зное, было нечем дышать. За окном замелькали силуэты фабрик, зернохранилищ, домики под шиферными крышами, бараки. Пустынно было на душных сельских улицах.
- Где у них этот долбанный магазин? – обливаясь потом, недовольно буркнул Трезор. – Все уже объехали, и даже памятник козе увидели. А магазина нигде нет. Машина скоро закипит.
Немного поплутав, «шестерка» остановилась у длинного одноэтажного магазина, на крыше которого красовалась потрескавшаяся вывеска «Промтовары». Взбудораженная пыль вздыбилась подобно тяжелой туче. Блондин вышел из машины. Игнорируя вопли Трезора, требовавшего поскорее закрыть дверь, он сделал это нарочито медленно, и, улыбнувшись, скользнул в тень, неровно лежавшую перед зданием.
- Что за место такое, – прорычал Трезор. – В этом гнезде шайтана пыль скрипит уже не только на зубах, но и в….
Он вдавил педаль в пол. Колеса «шестерки» бешено закрутились, и машина отъехала за угол. Блондин вынул из нагрудного кармана рубашки «старушачьи» очки с толстыми линзами, надел их, и направился ко входу. Войдя, осмотрелся. Это был обычный сельский магазин. Убогие прилавки, на которых было разложено всего понемногу – начиная от гвоздей и молотков, веревок и мыла, паяльников, ножей, топоров, тисков, мясорубок, и заканчивая батарейками, радиоприемниками, удобрениями, посудой, и канцтоварами. Ни одного покупателя. И продавцов не видно. Вымерли все, что ли?
- Есть кто живой?
Из-за кассы высунулась голова.
- Живые все пока!
«Пока…» – подумал он.
Поправив на носу очки, блондин подошел к кассе. Продавщица, дюжая бабища в сером халате, что-то записывала в толстой тетради. Блондин улыбнулся, вспомнив, как несуразно выглядит в этих уродливых очках, и обратился к продавщице.
- Добрый день, хозяюшка! А кто у вас решает вопросы по закупкам?
- Директор, – улыбнулась она в ответ, видимо, приняв улыбку посетителя на свой счет. – Геннадий Иванович Костров.
- Могу я взглянуть на него одним глазком? Он сейчас здесь?
- Я вам его позову, – сказала она и гаркнула в открытую дверь:
- Геннадий Иванович! К вам пришли!
От её резкого, громового голоса, блондин невольно отступил на шаг.
Он ждал директора, охваченный смутными сомнениями. Впервые за всю историю продаж «радиодеталей» почувствовалась какая-то неуверенность. К чему бы это? Даже если клиент откажется сотрудничать, беды большой не будет. Ну, устроили прогулку – триста километров сюда, триста обратно.
Так размышлял он, прикидывая в уме, сколько времени понадобится на обработку этого финального клиента. Сейчас, в первый, ознакомительный, визит будут предложены купленные на рынке радиодетали. Куплены за копейки, а продать их планируется в сотни раз дороже. Магазин примет на реализацию несколько штук – попробовать. После этого подставные покупатели всё скупят. Станет ясно, что товар востребован. Директор магазина позвонит и попросит подвезти товар, который снова будет раскуплен. А дальше – тонкая работа. «Покупатели» будут спрашивать продукцию, директор магазина будет звонить поставщику, и тогда пойдут разговоры о фантастическом спросе на товар, объяснения, что, несмотря на хорошие отношения, придется переходить на предоплату. Возможно, в дальнейшем, когда ажиотаж уляжется, условия могут быть пересмотрены, и цены снижены, а пока…
В среднем период созревания клиентов длился месяц. Они сами звонили и делали крупные заявки. Расплачивались наличными и получали вожделенную продукцию.
Но здесь, – подумал вдруг «купец», – такая дыра, что новейшие разработки могут вызвать не интерес, а нездоровую деревенскую подозрительность. Опять же, люди все друг друга знают, и приезжие «покупатели» сразу попадут на заметку.
Ладно, – решился он, – нет такого коня, на котором можно судьбу объехать.
В торговый зал вышел директор, невысокий мужчина сорока пяти лет, толстогубый, с мясистыми налитыми ушами, и, протягивая руку, представился:
- Геннадий Иванович.
- Артемий.
- По-нашему – это Артем?
- Пусть будет по-вашему. Только не называйте меня Артемоном.
Директор магазина улыбнулся и вопросительно уставился на коммивояжера – мол, что там у вас? Выкладывайте.
На несколько секунд воцарилось молчание. Блондин медлил. Он нервно проводил пальцами по краю прилавка, не решаясь начать разговор. Наконец, проговорил хорошо заученный текст:
- Наша фирма занимается поставками радиоэлектронной аппаратуры. Мы предлагаем последнюю разработку американской корпорации «Radiohead»…
С этими словами он вынул из кармана микросхему и протянул директору.
- … новинка под названием «Fuck off Decoder» позволяет существенно улучшить работу телевизора. Расширение зоны охвата, возможность подсоединения дополнительного оборудования, улучшение качества изображения, и много других полезных вещей. Фактически, получается новый телевизор. К чудо-прибору прилагается подробная инструкция. Правда, она на английском языке.
И он добавил извиняющимся тоном:
- В настоящее время мы готовим перевод. И еще. Хотя прибор достаточно прост в обращении, лучше бы, чтобы настройку производил квалифицированный мастер. Но, думаю, у вас с этим проблем не будет. У вас, в вашем городе, наверняка есть сервис-центр, специализирующийся на обслуживании радиоэлектронной аппаратуры. Так что…
Располагающе улыбнувшись, он завершил свой монолог следующими словами:
- Попробуйте. Возьмите на реализацию несколько штук, а там, – как дело пойдет.
Повисла пауза. Директор смотрел на коммивояжера странным, диковатым взглядом. Вероятно, он не верил ни в научно-технический прогресс, ни в торжество микросхем. Продавщица в сером халате гремела счетами, и заносила в тетрадку какие-то цифры. Наконец, Геннадий Иванович нарушил молчание.
- Значит, Артем, товар твой очень ходовой?
- Не буду ничего утверждать. Как пойдет, так пойдет.
У директора магазина созрело какое-то решение. Он посмотрел на часы, сказал продавщице, чтобы сходила на обед, и «вертанулась» через час. Еще он попросил её, чтобы она позвала сюда со склада некоего Степана. Когда она ушла, Геннадий Иванович сообщил, что сам не разбирается в таком товаре, поэтому зовет специалиста.
Степан, высокий, смуглый, с вытаращенными глазами тридцатилетний парень, не заставил себя долго ждать. Геннадий Иванович передал ему микросхему, которую до этого вертел в руках.
- Вот, полюбуйся. Фирма предлагает микросхему. Говорят, хорошо продается.
Степан зачем-то вышел из-за прилавка, прошелся по торговому залу.
- Где мы разложим эти микросхемы? – задумчиво сказал он. – Сюда, где радиоприемники…
Затем спросил у коммивояжера:
- Надолго к нам?
- Все от вас зависит.
- Один приехал?
У очкарика, ожидавшего к концу месяца получить гарантированную прибыль, вдруг появились тревожные мысли. Секунду помедлив, он ответил, что приехал один.
- А ты не пробовал продавать смывные бачки по цене бормашин? – спросил Степан, ощерившись.
«Дело дрянь! – подумал очкарик. – Они наслышаны об этой схеме».
По всему выходило, что план потерпел неудачу, и необходимо как можно скорее выбраться из этого чертова магазина. Глупо улыбаясь, он стоял, продумывая ходы отступления. Геннадий Иванович, перемахнув через прилавок, встал позади него. Очкарик повернулся лицом к директору и сделал шаг в сторону.
- Этот артист, Артемон, за ту цену, по которой впаривает нам свою шароборку, закупает их на рынке целый мешок, – сказал директор магазина своему подчиненному.
- Мужики, я всего-навсего продавец… Наемный… – залепетал коммивояжер, вглядываясь в лица противников.
- Валенком решил прикинуться, – усмехнулся директор. – Половина области торчит с твоим товаром, как слива в жопе.
И он угрожающе придвинулся к коммивояжеру, который отступил еще на шаг.
- Ну что, попался, Артемон?! – добавил Геннадий Иванович, поднимая руку, вероятно за тем, чтобы взять противника за шиворот.
Коммивояжер отступил еще на шаг. Дальше отступать было некуда. Позади него высилась стеклянная витрина с радиоприемниками, батарейками, паяльниками, и лампочками.
Тут за спиной Степана показалась могучая фигура Трезора. Никто так не умеет неслышно подкрадываться, как этот массивный, неповоротливый с виду колосс. Мощная рука его, утяжеленная кастетом, грузно опустилась на голову Степана. Одного удара хватило, чтобы тот рухнул на пол, как подкошенный.
Очкарик, сбросив с себя руку Геннадия Ивановича, ударил его локтем в челюсть. Директор магазина отшатнулся, провел рукой по губам и носу, посмотрел на свою ладонь и увидел на ней кровь, смешанную со слюной. Смыкая и размыкая губы, слегка причмокивая, он будто пробовал на вкус. Посмотрев на крашеный дощатый пол, он проглотил кровь. Затем перевел взгляд на ухмыляющегося Трезора, увидел то, что произошло с его работником, и злобно выпалил:
- Сволочи!
- Просил тебя, как человека: не называй меня Артемоном, – укоризненно сказал блондин, снимая ставшие ненужными очки. – Почему люди избегают быть учтивыми?
Он положил очки в нагрудный карман рубашки, затем сделал обманное движение правой рукой, будто собираясь ею нанести удар. Директор магазина инстинктивно вскинул руки, и в этот момент блондин нанес ему прямой удар ногой в живот, после чего подался вправо, и, заходя сбоку, провел мощный удар под ухо. Геннадий Иванович повалился на пол и застыл.
- Получается, зря ездили, – грустно произнес Трезор, оглядывая помещение. – Может, в кассе будет что-то типа денег?
- Если мы возьмем деньги, это будет типа ограбление.
- Устроим небольшой пожарчик, – бросил Трезор, направляясь к кассе. – У меня в багажнике есть типа канистры с керосином.

* * *

Небо нависло какое-то безвоздушное, словно откачали из него воздух, и над землей стояла наполненная сухой пылью пустота. А беззвучный могучий насос, откачавший из неба воздух, все работал, работал, и уже не стало не только поселка с полыхающей розницей, но и ориентиров на дальнейший путь, – в огромной пустоте осталась только узкая полоска асфальта и мчавшаяся на полной скорости бежевая «шестерка».
- Ну и что будем делать? – спросил Трезор. – Последний папуас сгорел на работе.
- У папуасов могут обнаружиться другие потребности, – ответил, помедлив, блондин. – Жизнь в охраняемом кондоминиуме, коллективные прогулки и питание в одно и то же время, работа на свежем воздухе от зари до зари. Опять же, эти милые фенечки, так радующие глаз – индивидуальный номер на груди, и все такое.
Покосившись на товарища, Трезор попросил объяснить сказанное на доступном языке. И тот рассказал, что имел в виду, – сельскохозяйственные предприятия с привлечением дармовой рабочей силы.
- Азиаты, – устало произнес Трезор. – На этой теме сидят азиаты. У них организация, ресурсы, силы. Вдвоем мы это дело не потянем. «Король» не подпишется – своих забот хватает.
И два товарища умолкли, задумавшись каждый о своем. Будущее представлялось туманным, как это зыбкое серое марево, повисшее над землей.
Так они ехали, потеряв ощущение времени. Связь событий прошлых с настоящим и будущим стала вдруг неясной и потерялась совсем. Все, что реально существовало – это прямая, как стрела, дорога, и горячий душный ветер, со свистом врывающийся в салон машины.

Comments are closed.

stack by DynamicWp.net