Реальные истории Rotating Header Image

Конвейер – глава 64

Начальник Управления УВД генерал Цыплаков принял у себя своего заместителя, полковника Зайцева, а также майора Пышного, начальника 5-го отдела Управления по борьбе с экстремизмом, и уполномоченного по правам человека по Северо-Западному региону Наталью Мерзлякову.
После приветственных слов и обмена дежурными любезностями генерал поинтересовался у правозащитницы:
- Как поживает корпорация добра – правозащита, элита человечества и галактики? Ожидается ли введение новых вечных общечеловеческих ценностей, кроме доллара?
Она ему ответила в тон, после чего начальник УВД милостиво позволил даме высказаться первой. И она воодушевленно начала:
- Совестливо и гадливо на душе, господин генерал. Тоталитарные режимы угнетают свободных людей, и ярким примером этого угнетения служит преследование Андрея Разгона, тихого и застенчивого интеллигента, а также незаконная конфискация его товара. Ложные обвинения в его адрес повергли в шок всех приличных людей, а также демократических журналистов. Мимо этого, демократическая общественность недоумевает, на каком основании задержано пять членов правозащитной организации Фольксштурм…


Тут правозащитница раскрыла блокнот и прочитала имена и фамилии находившихся в СИЗО участников преступной бригады. Генерал Цыплаков изумлённо уставился на своего зама, мол, что за ахинею она тут несёт!? Не хватало ещё, чобы меня тут учили жить какие-то меньшинства, феминистки, геи и всякие правдолюбы. Заместитель махнул рукой: всё в порядке, так надо. И Цыплаков изобразил предельное понимание и участие:
- Мы непременно разберёмся и отреагируем на ваш сигнал!
Правозащитница продолжила, и боль в её голосе сквозила самая настоящая:
- Арест участников группы Фольксштурм – это чекистский террор, возрождение традиций ОГПУ и Гестапо. Я хочу, чтобы вы поверили в их душевную чистоту, в благородство их побуждений. Сейчас в нынешней тревожной ситуации на кону наша способность говорить друг с другом, обсуждать проблемы таким образом, когда все собеседники опираются на здравый смысл и честно проверяют факты. Способность воспринимать реальность – необходимое условие самоконтроля. Отрицание ведёт в тупик. Отсутствие элементарных правовых норм ухудшается ещё тем, что рядовые работники милицейского ведомства отличаются чудовищной некультурностью и смешивают свои функции с функциями некоего юридического палача.
Цыплаков раскачивался в своём кресле. Незаметно от правозащитницы он нажал на кнопку диктофона – записать её речь, чтобы впоследствии применить замысловатые речевые обороты уже в своих выступлениях. Он кивнул своему заместителю, чтобы тот держал ответ. Зайцев вступил в разговор:
- Вы дали страшную аттестацию тоталитарному режиму. Управление по борьбе с экстремизмом прекратит всяческое преследование господина Разгона, вернёт ему ошибочно изъятый товар. Что касается правозащитников из Фольксштурма…
Тут он посмотрел на своего начальника. Цыплаков расслабленно промурлыкал:
- Если будут представлены доказательства, что они не представляют угрозу для общества… считаю целесообразным выпустить их… под подписку о невыезде.
Напряжение, которое было в начале встречи, заметно уменьшилось. Пошёл елей. Получив обещание исполнения своих просьб, правозащитница всем своим видом дала понять, что её обуревает мистическое чувство восторга и благодарности, в свою очередь начальник УВД был просто переполнен добротой и сентименатльностью.
- Мы сделаем всё возможное, чтобы хорошо выглядеть в глазах людей, а также геев, блоггеров и журналистов.
Стороны пожелали друг другу всего наилучшего. Оставалось только всем обняться, обливаясь слезами радости. Выйдя в коридор, Зайцев и Пышный раскланялись с правозащитницей, после чего уединились у окна.
- В задании примут участие собранная нами группа… 8-10 человек… москвичи… без которых, увы, никак… – тут Зайцев поморщился. – А эти двое, Радько и Блайвас, должны обеспечить…
- Обеспечат, товарищ полковник, – твердо сказал Пышный. – Я их крепко взял за жабры. В случае провала я сдам Коршунову все их махинации, и он им отрежет голову.
Зайцев испуганно посмотрел в сторону приёмной.
- У нас не может быть провала.
- Вы мне навяливаете Смирнова. Но он слабак, я бы с таким в разведку не пошёл.
Зайцев всплеснул руками:
- Мне его рекомендовали коллеги… из другого города, и я не могу им отказать. Если его под-тренировать? Сделать строгое внушение?
- «Если»? А если у бабушки вырастет хуй, то это будет не бабушка, а дедушка!
- Но ответственность за конечный результат на тебе, Юрий Иваныч, поэтому не обессудь…
Пышный задумчиво посмотрел в окно.
- Если без Смирнова… за остальных я уверен. Сделаем.
Зайцев торопливо сунул узкую сухую руку в широкую лапу Пышного для прощального рукопожатия:
- Вот и чудненько! Считай, трешка на Петроградке и кресло начальника Управления «Э» уже в твоих руках!
И заместитель начальника УВД быстро зашагал прочь по коридору.

razgon.shop

Comments are closed.

stack by DynamicWp.net