Реальные истории Rotating Header Image

Он Украл Мои Сны – глава 11

Иосифу Григорьевичу Давиденко было за что благодарить Арину Кондаурову. Во-первых за дружбу и эмоции, получаемые при общении с этой приятной женщиной. Во-вторых за чисто женское участие, которое она приняла во время его развода, болезненного расставания с женой, и помогла, таким образом, преодолеть кризис. Они не стали парой только потому, что совместное проживание разрушило бы их взаимную приязнь, поломало дружеские отношения. Так старый седой полковник объяснял сам себе причины прекращения интимных встреч с Ариной.
Помимо этих причин, существовала еще одна (и не последняя) – фирма Совинком, которой Иосиф Григорьевич занялся по наводке Арины. Совинком был в тройке лучших компаний (в плане приносимого дохода), которых прикрывал бывший начальник ОБЭП, а ныне заместитель директора компании Волга-Трансойл по юридическим вопросам. А у её директора, Андрея Разгона были очень хорошие перспективы.


Помимо стабильного дохода, работа с Совинкомом сулила много других приятностей. Андрей проживал в Петербурге и приезжал в Волгоград примерно раз в месяц, чтобы оказать уважение (внести ежемесячный платёж) и обсудить стратегические вопросы. Для оперативного взаимодействия, решения каждодневных задач, нужен был человек на месте. И такие полномочия Андрей делегировал своему заместителю, Ирине Кондуковой.
Худая, невысокая, весьма энергичная и амбициозная 29-летняя блондинка привлекла самое пристальное внимание Иосифа Григорьевича уже во время первой их встречи, когда пришла хлопотать за тендер в горздравотделе.
После Арины у него было несколько других романов, и немолодой, но всё ещё явно погруженный в эротические размышления полковник уже чувствовал себя достаточно уверенно, чтобы начать флирт с женщиной гораздо моложе себя. Его загородный дом превратился в место для встреч. Технология соблазнения была отточена настолько совершенно, насколько это возможно для влиятельного обеспеченного мужчины, который выглядит моложе своих 52-х лет. Когда Ирина позвонила с очередным вопросом, он назначил ей в конце рабочего дня. Во время беседы, выглянув в окно и увидев, что офисный водитель дожидается на стоянке, Иосиф Григорьевич сказал по-простецки: «Да отпусти ты мужика, чего мытаришь, а я тебя подброшу на своей телеге!» Его «телега», Мицубиси Паджеро, очень выигрывала по сравнению со стареньким жигулёнком, на котором приехала Ирина. Она отпустила водителя, и поехала с Иосифом Григорьевичем.
После этой поездки, во время которой старый седой полковник совершенно очаровал её своими обходительными манерами, она стала ежедневно выискивать повод, чтобы приехать к нему в офис в конце рабочего дня. Не в последнюю очередь здесь сыграл тот факт, что Иосиф Григорьевич был похож лицом на Андрея, которого Ирина уважала за деловые качества… на самом деле обожала, умом пытаясь оправдать свою влюбленность. В последних числах февраля нужда заставила её вопреки установившейся традиции, уже в обед примчаться в Центральный парк культуры и отдыха, где находился офис компании «Волга-Трансойл». В кардиоцентре разразился скандал – чиновники из КРУ, проверявшие кардиоцентр, пришли со встречной проверкой на Совинком, и бестолковая бухгалтерша показала им документы левых фирм, от которых делались альтернативные коммерческие предложения для конкурса котироваочных заявок, по которым кардиоцентр закупал расходные материалы. Ирина в тот момент отсутствовала (будучи на месте, она бы разрулила ситуацию и показала бы проверяющим только то, что нужно), ей позвонила секретарь, и она тут же приехала в офис. К счастью, проверяющие были настолько шокированы фактом фальсификации тендеров, что не изъяли документы у перепуганной бухгалтерши, которая готова была всё отдать и сама отдаться; а пришли позже в сопровождении целой комиссии. Ирина выгнала бухгалтершу, убрала компрометирующие документы, села на её место и встретила грозных визитеров безмятежной улыбкой: «Чего изволите?» Проверяющая потребовала раскрыть сейф и выдать документы, которые видела тут два часа назад. Ирина открыла сейф и выложила бухгалтерскую отчетность Совинкома. Позеленевшая проверяющая сказала, чтобы её не дурили и показали ТЕ САМЫЕ документы. Но Ирина заявила, что больше ничего нет. Поняв, что её обвели вокруг пальца, проверяющая вынуждена была уйти с зубовным скрежетом, выслушивая упрёки коллег в некомпетентности и провожаемая насмешливыми взглядами сотрудников Совинкома.
Всё же ей удалось поднять шумиху. Началось разбирательство на уровне начальника КРУ и заместителя губернатора по социальной политике. Да, начальник облздравотдела и губернатор в доле, руководство кардиоцентра не пострадает. Но Совинком может лишиться целого ряда привилегий. Под давлением КРУ облаздравотдел и областной комитет экономики могут ужесточить правила закупок для нужд кардиоцентра, и Совинком потеряет монополию поставок клиенту, делающему больше половины оборота.
Выслушав Ирину, Иосиф Григорьевич понял, что ответственность за происшествие лежит на ней, хоть она и кивает на Дорецкую, руководителя оргметодотдела кардиоцентра, которая координирует работу тендерной комиссии в кардиоцентре. Мол, Дорецкая знает всю кухню и должна была позвонить на мобильный телефон Ирине и предупредить о встречной проверке, а вместо этого направила проверяющих к главбуху, тупой курице, взятой недавно и не соображающей что к чему. То есть фактически подставила Ирину, а вместе с ней Совинком.
- Дорецкая якшается с конкурентами, директор Биохиммеда – её дружбан, – резюмировала Ирина.
И в ожидании спасительного решения устремила покорный взгляд на Иосифа Григорьевича. Он не стал указывать ей на то, что нельзя доверять конфиденциальные документы тупым, недавно взятым на работу бухгалтерам; ведь вместо незадачливой проверяющей из КРУ могли прийти гораздо более серьёзные люди. Ирина данной ей властью должна организовать работу офиса так, чтобы никакие пиндосы не смогли застать сотрудников фирмы врасплох, чтобы фирма могла продержаться по крайней мере полдня – до того момента пока он, куратор и крыша, примет меры.
Вместо этих нравоучений он сказал:
- Я поговорю с вице-губернатором Кабановым. Он сделает внушение и КРУ-шникам, и Хорошевой, заместителю по социальной политике. Они отстанут. Скажу по секрету: Хорошева моя старая подруга, она на нашей стороне. Добрая, рукопожатная, она из наших.
- В таком случае, надо сказать Андрею, что Дорецкая снюхалась с КРУ…
Старый седой полковник изрек с притворной озабоченностью:
- Ему придется заплатить. Кабанов и Хорошева, они свои люди, приличные, рукопожатные, но могут не понять, если я приду на серьёзную беседу неподготовленным, с пустыми руками.
- Иосиф Григорьевич… поговорите с Андреем вы.
Он ухмыльнулся, обнажив сжатые зубы.
- Почему я? Он слушается только тебя, ты же его человек. А я сторонний консультант, аутсорсинг.
- Андрей сразу поймёт, что это моя ошибка. Если вы ему объясните другим языком, что ветер дует из областной администрации, он поверит.
- Согласен, так будет убедительнее. Выручу тебя – гражданская совесть для меня не пустой звук.
- В таком случае решено, – успокоенно произнесла Ирина.
- Нет, ещё не решено, – возразил Иосиф Григорьевич, выгибая брови. – Есть некоторые деликатные детали, и нельзя их уточнять здесь, в рабочем кабинете… Поедем ко мне. Я покажу тебе картины Обри Бердслея. Давай сегодня после работы.
(Две картины Бердслея украшали стены спальни его загородного дома).
- Разве это так спешно?
Иосиф Григорьевич драматически вздохнул:
- Она ещё спрашивает, разве это так спешно! Твой случай – просто мечта вымогателя… КРУ ждёт случая, чтобы протолкнуть в кардиоцентр свою фирму. Начальник облздравотдела останется при своих, но ему будет носить деньги уже не Андрей Разгон, а кто-то другой.
- Но так ли необходимо, чтобы я у вас побывала?
Иосиф Григорьевич сузил глаза:
- А мои Бердсли… Крайне необходимо.
- Вы думаете?
Он придал лицу выражение предельной серьезности, хотя при этом исковеркал отчество Ирины, как делал только тогда, когда шутил:
- Ответ такой, Ирина Абдурахмановна. Суди сама: твой директор, Андрей Разгон, пользуется известным влиянием в городе. Но не могу скрыть, что когда я хожу с его письмами по инстанциям, то встречаю некоторое сопротивление. С таким же непониманием меня встретят Кабанов и Хорошева, даже если я приду к ним не с пустыми руками. Это непонимание было, и оно не улеглось. Дай мне силу его побороть. Необходимо, чтобы я почерпнул в твоей… в твоей дружбе ту непреодолимую волю, которая… Уверен, что, если ты не наградишь меня всем своим расположением, у меня не хватит нужной энергии, чтобы…
- Но это не очень прилично пойти смотреть ваших…
- Да ладно… за городом, где никто нас не проследит.
- Если я соглашусь поехать, то только ради Андрея. Надо спасать Совинком.
- Я того же мнения.

***

В тот же вечер они отправились на загородную виллу Иосифа Григорьевича. Реально, благосклонность Ирины дала ему силы, необходимые для переговоров с высокопоставленными чиновниками областной администрации. На следующий день, на встрече с вице-губернатором Иосиф Григорьевич привёл необходимые аргументы. Вице-губернатор изучил проблему и посоветовал, какие письма и в какие инстанции должны написать кардиоцентр и Совинком, и набросал текст этих писем.
По факту решения проблем Иосиф Григорьевич отзвонился Андрею и доложил о том, что предотвратил наезд КРУ, и обозначил цену: сто тысяч рублей.

razgon.shop

Comments are closed.

stack by DynamicWp.net