Реальные истории Rotating Header Image

Он Украл Мои Сны – глава 71

Светлый день очередной раскидки (дележа прибыли) наступил 23 апреля, в пятницу. Накануне Андрей заказал во Внешторгбанке три миллиона восемьсот тысяч рублей – такую сумму перевели с расчетного счета Экссона в Международном Московском банке на поганку под названием Кэш-проджект, расчетный счет которой находился во Внешторгбанке.


В этот замечательный день, с утра переделав всю рутину (вместе с Алексеем, уже почти полностью перетянувшим на себя все административные полномочия), Андрей засел за телефон и принялся звонить – в свой волгоградский офис, затем в Казань. У Ирины горел только один вопрос: что с деньгами, пойдут ли сегодня платежи поставщикам? Андрей грустно ответил, что пятьсот тысяч перечислит с расчетного счета Кэш-проджект, помойки, на которую перевели с Экссона деньги на обналичивание, по заранее подготовленным платежкам, в счет взаиморасчетов с Совинкомом. (для него это было очередным ударом – он обналичит товарищам деньги и выдаст им, а своими кровными будет латать дыры на фирме). Своим тоном он старался не выдать негодование по отношению к Ирине за её болтливость в постели с врагом. Она же, будто чувствуя, разговаривала чересчур мягко и, записав, какие платежи куда пойдут, долго расписывала, какие замечательные у неё планы по продажам, что после того, как Джонсон получит деньги, она возьмет в оборот ростовских представителей Джонсона, которые обещали продвигать Совинком в Ростове, Краснодаре и Ставрополе.
«Только ни с кем не делись своими планами!» – мысленно твердил Андрей, вслух же поддакивая в ответ.
Закончив телефонные переговоры, он заметил, что в людской никого нет из компаньонов, только сотрудницы – Вероника и Карина. Он направился в другой кабинет. Ансимовы с Быстровыми обсуждали, у кого закупать полипропилен для Балт-Электро. Уфимский поставщик, у которого брали до этого, не располагал нужным объемом, возникла авральная ситуация. И тут Андрей уже не в первый раз отметил, что не владеет вопросом и не готов высказать свое мнение. Игорь, профессиональный кардиохирург, досконально разбирался во всех тонкостях, а ведь ещё недавно сидел во время общих обсуждений, хлопая глазами, за что получал нагоняй от Владимира.
Андрею показалось странным, что именно в этот момент он заскучал по временам, когда его чуть не насильно приводили в этот кабинет на собрания, Владимир запрещал делать посторонние звонки и вообще заниматься Совинкомом на заводе. Андрею приходилось вести свой медицинский бизнес тайком – делать нужные звонки, выходя на лестничную площадку, или по дороге на заводоуправление. И это несмотря на то, что Владимир с Игорем получали процент с продаж по волгоградской фирме. Да что там – доходило до того, что Владимир анализировал телефонные распечатки и заставлял Андрея оплачивать волгоградские звонки (хотя по идее, периодически возникала необходимость общения с волгоградским бухгалтером Экссона).
А была ли вообще гармония – когда он ощущал себя полноценным членом команды? Как-то незаметно прошла эволюция от того момента, когда его втолкнули на завод, как пробный шар, получится – не получится, и он был как ширма для Фарида, у которого Артур с Владимиром увели аккумуляторный бизнес и примкнули к Экссону лишь когда дело наладилось и стало ясно что их работодатель, Фарид, всё проглотил и навредить не сможет; и до сегодняшнего состояния, при котором Андрея, как выполнившего свою функцию, выталкивают на вольные хлеба осваивать целину, освоение которой никого не интересует. Да, золотая середина проскочила незаметно.
- Ну что, как там медицина, когда можно будет клювик помочить? – первым на Андрея обратил внимание Игорь.
Они стояли вчетвером у окна, Андрей же примостился на ближайший от окна стол.
Следом за братом Владимир обратился к официальному директору и учредителю Экссона:
- Что с деньгами, ты не опаздываешь в банк?
- Нет, поеду к двум часам.
Зазвонил телефон. Алексей подошел к столу, взял трубку. Выслушав от секретаря, кто звонит, сказал, что будет говорить, и она соединила. Игорь с Владимиром принялись обсуждать какие-то семейные дела. Артур приблизился к Андрею:
- Ну что, готов?
Андрей кивнул.
- Мы с братом дадим тебе… посмотрим, около полутора миллионов, – известил Артур о принятом инвестиционном решении. – Лёхе всё подробно распишешь.
- Да, а кто у тебя там всем рулит? – поинтересовался он, всматриваясь в глаза Андрею. – Есть надежный человек?
- Ну да, конечно!
И Андрей пересказал то, что уже многократно говорилось: есть такая Ирина Кондукова, Тишин, и другие. В конце концов, Максим, родной брат Андрея – правда он учится на дневном отделении мединститута, но в офисе Совинкома бывает каждый день.
- Просто у нас батя, он на пенсии, делать ему нечего, он может там присмотреть за твоими гаврилами, – не дослушав, перебил Артур.
- Давай, я с ним встречусь, пусть подъезжает, отлично, – стараясь не выдать своего удивления, ответил Андрей. Ему показалось это странным – как пенсионер будет управлять молодежью, да еще в такой далекой от строителя сфере, как медицина.
Артур между тем расхваливал достоинства своего отца: работал в торговле,
бывший руководитель облпотребсоюза, и между прочим знает Халанского, так что можно смело поручать носить ему деньги.
«Да Халанского весь Волгоград знает, только главврач кардиоцентра даже от моего родного брата отказался принимать деньги, когда я не смог вылететь в Волгоград», – мысленно усмехнулся Андрей.
Проговорив то, что считал нужным, Артур пошел на выход, ему нужно было к гендиректору Балт-Электро. Перед тем, как уйти, он попросил позвонить ему, как только деньги будут получены, он подойдёт к банку и встретит – а то мало ли чего. То же самое Владимир – закончив с Игорем, попросил позвонить ему насчет денег, сам он будет в районе Исаакиевской площади в начале третьего. И вышел, сказав, что едет на Октябрьскую железную дорогу.
Оставшись втроём, Алексей, Андрей и Игорь принялись обсуждать поездку в Сочи. Вся компания отбывала 29-го апреля, и Игорь принялся распекать Андрея:
- Достал, постоянно от коллектива отрываешься!
Андрей стал оправдываться, прикрываться женой. Что было правдой – Мариам взяла несколько дней за свой счет, чтобы провести семейный отдых – вместе с выходными и праздничными днями набиралось две недели.
Тогда Игорь с упорством трактора стал давить: «Приезжай с семьей, поселишься в другом корпусе от нас!» Он был настолько экспрессивен, что Андрей уже не знал, что отвечать. Бывший кардиохирург был умелым переговорщиком – мог по телефону договориться с клиентом, которому звонил впервые, насчет закупок и передачи комиссионных, причем тут же оговаривался что сам деньги не привезет, нечего делать, а вышлет переводом или отправит конверт поездом; а комиссионные будут выданы за вычетом процента на обналичивание. Андрей ставил его в пример всем своим лопухам-менеджерам, которые по полгода обивали пороги больниц, прежде чем принести хотя бы мизерный заказ.
- Ты нас наɘδываешь, небось опять свою Таньку потащишь на Кипр! – сделал вывод Игорь, видя упорство Андрея.
И принялся по новой:
- Ладно, бери её и приезжай с ней в Сочи – мы не будем выступать.
Алексей поднял голову от бумаг:
- Бери всех сразу, чего мелочиться!
Они расхохотались – Алексей и Игорь, и принялись в шутливой форме обыгрывать эту тему. Мол, неплохо было бы присовокупить многих других, побывавших на съемной квартире на Фонтанке.
Андрей посмотрел на часы – пора обедать. Он спросил Алексея: «Куда пойдем – в заводскую столовку или кафе?» Но тот снова уткнулся в бумаги. Игорь брезговал заводским общепитом и никогда не обедал ни в столовой, ни в кафе возле Кировского таможенного терминала.
Уговаривать Алексея – дохлый номер. Обычно они ходили на обед вместе – Андрей и братья Ансимовы. Но в отсутсвие Артура бывало так, что Андрей, у которого начинало сосать под ложечкой в час дня, начинал торопить Алексея, но чем больше теребил, тем сильнее тот зарывался в бумаги, вдруг вспоминал, что надо сделать срочные звонки, и игнорировал приглашение самым естественым образом – выходило так, что ему одному есть дело до работы, а Андрею лишь бы пожрать.
Предвидя сценарий, Андрей раскрыл свой ноутбук и начал просматривать таблицу, в которую заносил свои расходы. Игорь за другим столом изучал бюллетень недвижимости.
В начале второго Андрей закрыл компьютер, положил его в портфель, поднялся, и, со словами: «Я в банк, минут через сорок подъезжайте на Исаакиевскую площадь», вышел из кабинета. Он был такой голодный, что, наверное, быка бы сейчас слопал. На заправке на улице Трефолева он купил два сникерса и сок – когда мучил голод, голова вообще ничего не соображала. Только одна мысль доминировала: «Поесть!»
«Как они могут так долго терпеть без еды – до самого вечера?!» – жуя шоколадный батончик, размышлял Андрей об оставшихся на заводе товарищах. Настроение его заметно улучшилось, когда организм получил калории. Переехав через Обводный канал, он задумался, что делать с Таней. Вспомнил, как здорово там у неё внутри устроено, и как она начинает тереться пятками по его ягодицам и бедрам, когда ей захорошеет. Как правило, они кончают вместе. Да, надо сделать попытку – пригласить её на море. Он не давал ей отбой, регулярно звонил, а когда последний раз созванивались, сказал, что продумывает маршрут поездки. Пока ехал по каналу Грибоедова, и далее через Фонарный переулок и по Большой Морской до Исаакиевской площади, мысленно поимел её во всех позах.
На площади он оставил машину не там, где обычно, рядом с Мариинским дворцом (это место просматривается из офиса Северного Альянса), а с другой стороны – напротив Исаакиевского собора. И пока шёл до банка, тоже думал о Тане. И даже когда, заполнив чек, подошёл к стойке, на его лице блуждала мечтательная улыбка. Операционистка улыбнулась в ответ, и тут он сообразил, что плотоядный оскал здесь не к месту.
- Ого! – увидев сумму чека, операционистка застучала клавишами. – Вы заказывали?
- Так точно, – оглядев зал, Андрей вдруг подумал, какая же интересная планировка у этого исторического здания. Если он задумает строить дом, то возьмет на вооружение кое-какие идеи. – А знаете, судя по всему, именно этот дом описывает Лев Толстой в романе «Анна Каренина» как особняк Бетси. Да, особняк княгини Елизаветы Фёдоровны Тверской.
Операционистка, подняв глаза, некоторое время соображала, чтобы переключиться.
- Да, а не самих ли Карениных этот дом? – вернувшись к компьютеру, она сделала проводки, расписалась на платежном поручении и пропечатав его, протянула Андрею.
- Нет. Каренины проживали на Кутузовской набережной, – уверенно ответил он.
Взгляд его снова заскользил по залу.
- Когда читаю о приеме в доме Бетси, на котором обсуждали браки «по страсти» и браки «по рассудку», всегда почему-то представляю ваш операционный зал, – поделился он, когда операционистка, подписав чек у контролера, вернулась.
Операционистка подала чек:
- Ваши три триста – надеюсь на выходные вам хватит!
Отойдя от стойки, он положил в портфель пропечатанное платежное поручение. Пятьсот тысяч рублей ушли на Джонсон и Джонсон. Это самый горящий платёж. Остальные будут перечислены из тех денег, что компаньоны дадут на аптеки. И, бог даст, к середине, максимум к концу мая удастся вернуть деньги, акцептировав из тех средств, что переведут клиенты.
На первом этаже, в холле, его ждал Артур.
- Ну как?
- Сейчас, получу в кассе.
Андрей прошёл в кассу, дверь которой находилась возле поста охраников. Получив деньги, вышел обратно в холл.
- Тут есть обменный пункт, – Артур кивнул на вывеску.
И направился в обменник, находившийся под лестницей. Андрей последовал за ним. Там, выяснив курс евро и доллара, Артур стал звонить брату, чтобы узнать, как обстоят дела в других местах. Выслушав, набрал Владимиру – проконсультироваться, насколько выгоден курс, который даёт Внешторгбанк. Владимир обычно совершал валютные операции через обменный пункт в районе Финляндского вокзала – там его знакомые валютчики давали ему хорошие скидки. Но в этот день у них не было необходимой суммы – он всё выбрал, конвертировав выручку, полученную с каких-то побочных дел.
Минут десять отняли переговоры с валютчиками с биржи, потом Артур снова позвонил брату, и, посовещавшись, они решили, что ради копеечной маржи не стоит переться на Васильевский остров, на биржу, а закупиться евро здесь, в ВТБ.
Наконец, Артур определился:
- Всё, 50 тысяч евро – беру здесь.
И направился в кабинку. Настроение Андрея упало.
«Неужели конвертируют все деньги?!»
Если Ансимовы не дадут денег, сорвется его поездка с Таней – он будет вынужден остаться в Петербурге до 30-го, будет изыскивать средства, чтобы перечислить поставщикам Совинкома.
- Чего там говоришь, у тебя в Волгограде появился «решальщик вопросов»? – спросил Артур, когда вышли на улицу.
- Ну да, бывший силовик, помогает мне выигрывать тендеры.
Они шли по направлению к Исаакиевской площади, болтая по всякой ерунде, и думая каждый о своём. На площади, напротив Исаакиевской собора, рядом с Андреевым джипом выстроились транспортные средства всех остальных учредителей Экссона. Все были в сборе. Забрались в Паджеро, Игорь уселся впереди, остальные сзади. Когда Андрей раздал всем деньги, каждому по семьсот пятьдесят тысяч, Игорь заглянул в опустевший портфель, бесцеремонно засунул туда руку, пошарил среди бумаг:
- А чего у тебя так мало осталось? Куда успел спустить?
- Перечислил в Волгоград на дело – по безналу.
Принялись обсуждать курсы валют – прогноз по евро и доллару. Курс евро стабильно рос, обогнал доллар и понижаться явно не собирается. Андрей опять же не смог поддержать разговор – оставшиеся двести пятьдесят тысяч пойдут на личные нужды. В частности, надо думать насчет ремонта квартиры на Морском фасаде – дом будет сдан не позднее мая, и многие хозяева уже вставляют двери и завозят материалы. Родители вообще советуют, чтобы сэкономить на аренде, быстро ремонтировать кухню и одну из комнат, перебираться на новую квартиру и неспешно, постепенно отделывать остальные комнаты. Шестьсот долларов, что он сейчас платит за съемную трехкомнатную квартиру на Большеохтинском проспекте (хозяин поднял цену вслед за ростом цен) – это чрезмерно. Компаньоны еще не знают про другую хазу – на Фонтанке, которую раньше нанимали на троих с Быстровыми (для встреч), потом, когда они вышли из проекта, Андрей оставил для себя, и так до сих пор не определился, что с ней делать – уж больно удобное местоположение. К тому же он обставил её мебелью, бытовой техникой, коврами, картинами, и прочими удобствами, и куда всё это девать – непонятно.
Обо всём этом он думал, слушая вполуха друзей, обсуждавших колебания валютных курсов. Мысли о том, что, возможно придется отменить поездку с Таней, отодвинулись на задний план – он всё же надеялся, что всё как-то само собой разрулится в последний момент, как это обычно бывало.
- Ну что, витиеватый, поедешь с нами в Сочи? – обратился Владимир с заднего сиденья.
Андрей загадал: если сегодня получит от компаньонов взнос на аптечное дело, то всё сложится удачно и минимум к концу лета, максимум к концу года финансовое положение окончательно нормализуется, аптеки заработают, продажи на фирме вырастут, в общем, всё будет хорошо.
Он повернул голову:
- Без базара.
В этот момент он был абсолютно уверен в своих словах.
- Вот это ответ не мальчика, но мужа, – как обычно с легкой ехидцей произнес Алексей. – Андрюха… беспощадный, крутой… как яйцо, резкий – как понос, опасный – как сквозняк.
Разложив деньги по карманам, выйдя из машины, некоторое время переговаривались, обсуждая сегодняшние планы – фитнес, променад по Невскому проспекту, и завтрашний футбол. На ближайшие два-три часа дела уже имеются – конвертировать, положить в банк, что-то купить, в общем пристроить полученные деньги.
Андрей уже забрался в свой Паджеро и повернул ключ в замке зажигания, когда Артур, надев мотоциклетный шлем, собираясь уже оседлать свой спортивный мотоцикл БМВ, вдруг передумал и подошел к джипу. Андрей опустил стекло. Артур растопырил пальцы и вскинув правую руку, сделал вид что звонит, затем поднял забрало:
- Я тебе наберу, сейчас мы поедем на Думскую, посмотрим что там у нас осталось по рублям!
Андрей кивнул: ОК, жду звонка. И они разъехались каждый по своим делам. Тронувшись, он проехал до светофора, повернул на Вознесенский проспект. В последний момент он передумал идти в офис Северного Альянса и повернул влево, на Большую Морскую – во-первых, потому что почувствовал приступ голода, кроме того, передумал вообще заниматься сегодня всякими левыми делами. Пускай эти хомячки сами возятся, имеет он право раз в году расслабиться, пошляться по городу, подольше побыть на фитнесе – пожить в своё удовольствие, как это делают его компаньоны! Неустанное, полное тревожных поисков стремление отдохнуть от удручающей злобы деловых будней возобладало, и он твёрдо решил, что поедет с Таней на море.
Проехав два квартала, он остановился напротив бистро Анталья. Желудок вносил коррективы в маршрутизацию. Через полчаса, проглотив бараний шашлык и порцию плова, запив всё это двумя кружками темного пива, Андрей вышел на улицу совсем другим человеком.
Яркое сияние весеннего солнца, счастливые лица прохожих располагали к прогулке. Андрей повернул вправо, на Невский проспект. Неспешно прогуливаясь, он раздумывал, чего бы такого подарить жене – давно ничего не дарил вот так спонтанно. Вечно всё по требованию. Вот Владимир, у которого голова – Дом Советов, составил расписание импровизированных неожиданных сюрпризов для своей жены: подарки, поездки, прочая феерия. У него свои мотивы – беспокоится за старость, готовит человека, который преподнесёт пресловутый стакан воды, когда настанет смертный час.
«Парфюм?» – подумал Андрей, проходя мимо Ile de Beaute.
Нет, это не то – это банально, к тому же у Мариам полным полно туалетных вод и духов.
«Может одежда?»
Тоже не пойдёт – возможно, не подойдет размер или цвет, или дизайн.
Увидев вывеску часового салона «Буре», Андрей определился: часы! И направился в этот старейший петербургский магазин часов. У него не было сомнений насчет марки – Мариам нравились его Rado, и он решил купить ей точно такие же, только женские. Подбор занял не более двух минут, гораздо дольше оформляли покупку с выпиской гарантии. И через пятнадцать минут он вышел на улицу с фирменным зеленым бумажным пакетом «Салонъ Буре», в котором находилась коробочка с часами Rado Integral Jubilé Ladies. И он продолжил прогулку.
Не успел он дойти до Казанской площади, как зазвонил телефон. Андрей ответил. Это был Артур – он сообщил, что ждет в депозитарии Сбербанка на Думской улице. Андрей запихал подарок в портфель и ускорил шаг, стараясь придать лицу как можно более серьезное выражение.
В депозитарии на Думской у Ансимовых, а также у самого Андрея были арендованы банковские ячейки для хранения наличных денег и важных документов. Артур встретил в зоне оформления пропуска и сказал, что им необходимо пройти внутрь вдвоём. Контролер позволил им уединиться в специальной комнатке внутри депозитария.
- Ты здесь оставишь или возьмешь с собой? – спросил Артур, перебирая пачки купюр внутри лежащего на столе полиэтиленового пакета.
- Пожалуй здесь, что мне с ними делать на выходных.
Артур втянул носом воздух.
- Ты что, выпил?
- Пивка махнул в «Анталье».
- Да, сегодня повод есть.
Артур принялся отсчитывать. Денежной массы оказалось достаточно много по объему – полтора миллиона рублей мелкими купюрами, сотнями, пятидесятирублевками и даже десятирублевками. Он тщательно пересчитал каждую пачку, Андрей тем временем написал долговую расписку, чертыхаясь, что в понедельник придется тащить всю эту макулатуру в бауле отсюда до Внешторгбанка, чтобы зачислить на расчетный счет для безналичного перевода. Да, не думают о нём компаньоны. Он ведь специально попросил во Внешторгбанке, чтобы выдали крупными купюрами – тысячерублевками. А ему сейчас в обратку дают мелочь, хотя можно было сразу на Исаакиевской площади отдать тысячерублевки, а еще лучше заранее озвучить инвестиционное решение, чтобы он и не снимал со счета эти деньги. Но Ансимовы, черт бы их побрал, только и думают, что о колебаниях валютных курсов, и, пока тут вместо обеда сидели кумекали, сколько выделить Андрею на аптеки из своих закромов, ни разу не подумали, сколько он потеряет на обналичивании и обратном зачислении на расчетный счет.
Они обменялись бумагами – долговая расписка взамен денег. Артур, попрощавшись, понес остатки своих денег в депозитарий, чтобы положить их в ячейку, Андрей остался (вход в депозитарий по одному человеку), чтобы следом спрятать в свою ячейку полученные деньги. На часах – четыре, несколько минут пятого, и он успевал домчаться до Внешторгбанка, по дороге позвонить в офис, скомандовать офис-менеджеру, чтобы напечатала платежки, поднесла их срочно к банку, и там они проведут нужные платежи. Сегодня, в пятницу, банк официально работает до половины пятого, но с операционистками и кассирами сложились отличные отношения, они могут задержаться и до пяти, если попросить. Всё реально.
Андрей взглянул на гору денег, оставленную Артуром. Это не помещалось в портфель, а бумажный пакет из под часов погоды не делал.
«Но всё равно, – подумал Андрей. – Есть еще карманы брюк и пиджака, можно успеть. И тогда я в воскресенье рвану на Волгоград – раньше выйду, раньше вернусь с моря! Считай лишние сутки в запасе».
Но как только он осознал, что везде успевает, тут же начал придумывать отговорки. Во-первых, запах алкоголя – все-таки две кружки темного пива, как в таком виде идти в банк. Во-вторых, принято же решение – никуда сегодня не торопиться, достала эта суета. В-третьих – опять Северный Альянс, офис-менеджер наверняка начнет грузить всякой ерундой, неизбежно втянуться, пойти с ней в офис, начать разбираться с делами, а там Рошаль, Грамматиков, прочие морды – ребята-менеджерята…
И Андрей состроил гримасу предельного отвращения – достали уже все! К тому же, надо ещё раз продумать инвестиционный проект, как следует распределить платежи, еще раз просмотреть волгоградские отчеты, может, следует как-то иначе распорядиться выданными средствами, не стоит пороть горячку.
В комнатку заглянул охранник, мол, вы там не уснули?! Андрей встрепенулся, да, сейчас, собрал в охапку деньги, что-то побросал в портфель, что-то взял в руки и пошел в депозитарий. Нет, никуда он не пойдет, в конце концов, он заслужил эти выходные, с него хватит!
Заперев выданные Артуром деньги в своей ячейке, Андрей отметился у контролера, вышел из банка, и направился на Большую Морскую, где оставил машину.

razgon.shop

Comments are closed.

stack by DynamicWp.net