Реальные истории Rotating Header Image

Сбывшееся ожидание – глава 33

Terminator

По Пауэр Интернэшнл ситуация осложнилась – но не для Экссона, а лично для Андрея. Он оплатил все издержки, связанные с переадресацией повторного запроса из московской налоговой инспекции – оно поступило в приемную 10-й налоговой инспекции по городу Волгограду и было перенаправлено в налоговую Иловлинского района. Где, в свою очередь, его должным образом обработали и ответили, что указанный контрагент существует и подтвердили данные встречной проверки. Артур с Владимиром сказали, что все эти расходы должны быть оплачены из общей кассы, но перед этим распинались (правда по другому поводу), что Экссон – сильная команда, слабых звеньев нет, и каждый на своём участке выполняет работу на 200%, а Владимир персонально похвалил Андрея за образцовый труд. Андрей понял намёк и не стал вешать расходы на фирму, так как они были прямым следствием его ошибок.
С этим всё сложилось благополучно. Удар пришел с другой стороны, откуда никак не предполагалось его получить. Позвонил Вексельберг и потребовал пять тысяч долларов за решение вопроса по налоговой.

От такой наглости у Андрея перехватило дыхание – то был развод на уровне гопоты с Нижнего Тракторного поселка.
- Вы чего там – гребете и берегов не видите? – ответил он, и отключил трубку, взбешенный до такой степени, что не мог продолжать разговор.
Новый звонок не заставил себя долго ждать – Вексельберг заявил, что если юрист из налоговой, тот самый, с которым беседовал Андрей, не получит деньги за свою работу, то Пауэр Интернэшнл никогда не возместит свой НДС, а соответственно у Экссона возникнут проблемы.
Едва владея собой, Андрей поблагодарил за предупреждение. После, он долго думал над этим пустячным инцидентом – непростительно долго, игнорируя более важные дела, которые требовали его внимания. Он продумал всё до мельчайших подробностей и воспроизвёл в уме все действия жуликов. Юристишка увидел его в налоговой, или же пронюхал, что Андрей заходил в приемную и преподнес цветы. Конечно же, это событие. Узнать подробности дела – не вопрос для такого проныры. И он выставил это таким образом, будто именно благодаря ему всё прошло гладко. Вопрос в другом – как он может напакостить? Всесторонне обдумав проблему, Андрей пришёл к выводу, что ничем не рискует, у него есть копии всех писем – то, за что он отвечает по работе, ну а если у Пауэр Интернэшнл возникнут сложности со своей собственной налоговой инспекцией, то это Экссона не касается.
А на следующий день, после обеда позвонил Хмарук, ацкий сотона с Пауэр Интернэшнл, и сообщил, что его компания останавливает погрузку фуры для Экссона из-за наезда чеченов, которым задолжал Андрей Разгон. Цена вопроса – пятьдесят тысяч долларов. Если в течение двух часов вопрос с чеченами не решится, то Пауэр будет вынужден отдать им деньги – полтора миллиона рублей, которые Экссон перечислил в виде предоплаты за стартерные аккумуляторные батареи, и разорвет контракт, потому что проблемные клиенты, связанные с опасным горским народом, никому не нужны.
Андрей, преувеличенно элегантный в эти дни в майке терракотового цвета, черных слаксах – всё от Hugo Boss и английских туфлях Loake (подбитые гвоздями с искусственно «состаренной» кожей они смахивали на подобранные на свалке шестидесятнические милицейские ботинки, но это были сделанные на заказ туфли ручной работы, о чем Андрей не спешил всем рассказывать), в общем красивый, загорелый и спортивный парень почувствовал себя как последний мудак под взглядами своих компаньонов, братьев Ансимовых и братьев Быстровых.
Нужно срочно дать объяснение до того, как зададут резонный вопрос: что еще за хуйня и какие чечены? Но он настолько опешил от такого демарша, что не смог ничего вымолвить и сидел, как манекен.
- Что еще за хуйня и какие чечены? – вопрос, как и предполагал Андрей, озвучил Артур.
- Да это хуйня какая-то, – ответил Андрей тоном, будто это действительно хуйня, – парень обдолбился вчера за просмотром сериала, вот его и плющит.
В течение нескольких минут они перебрасывались вопросами-ответами, хуйня это или нет, насколько хуёвая эта хуйня, велика ли вероятность, что эта хуйня произошла по вине Андрея – пока у него не зазвонил мобильный телефон.
- Тихо ребята! Чечены звонят, – сказал Владимир и, необычайно проворно для своих 100 килограммов подскочил и прислонился головой к тому виску Андрея, со стороны которого была прислонена к уху трубка.
Это побеспокоил Вексельберг. Участливым тоном он сообщил, что готов решить проблему, связанную с чеченами и Пауэром, за $25,000. В распоряжении Андрея – ровно один час. Если за это время деньги не переведут, будет приведен в действие следующий пакет устрашающих мер.
- Кто это? Что за хуй? Какие двадцать пять тонн? – Владимир плохо разобрал о чём речь.
Для Андрея всё стало более менее ясно (два жулика, Хмарук и Вексельберг, скооперировались и пытаются шантажировать), и он, рискуя быть разоблаченным в связях с джигитами из Гудермеса, протянул Владимиру свой мобильный телефон:
- Без понятия кто это – перезвони спроси.
Артур, неотрывно следивший за Андреем, грозно надвинулся – вчетвером сидели за одним столом, и только Владимир всё ещё стоял возле Андрея – и громко сказал:
- А что за «перезвони» – ты как с нами разговариваешь? Ты блядь впутываешь нас в какую-то хуйню, а потом говоришь «перезвони»?
Андрей почти спокойным тоном (правда у него покраснели кончики ушей, что не преминули заметить его друзья) раскинул рамсы:
- А как мне разговаривать? Вы на меня наехали из-за какого-то олигофрена, который раз в две недели ебёт нам мозги. Вы меня держите за идиота, ничего не проверили, а уже обвиняете!
- Никто не обвиняет, мы спрашиваем! – подозрительно ласково произнёс Артур.
- Да как же вы «спрашиваете»?! – у Андрея горело лицо, и его возмущение выглядело правдоподобно.
Артур взял из рук Андрея трубку и стал разбираться, как набрать последнему звонившему абоненту.
- Так, где тут у тебя входящие…
Андрей никогда не забивал номера в телефон – банально не освоил эту опцию и все нужные номера знал наизусть, что облегчило ему участь в данной непростой ситуации. Владимир почувствовал, что дело действительно – хуйня, и засобирался. Алексей с Игорем всё еще напряженно следили за Андреем.
Найдя последний звонивший номер, Артур нажал на вызов. Пошёл гудок, ответили сразу:
- Да, Андрей!
- Это не Андрей, это его старший брат. Так что там, сколько Андрей задолжал чеченам?
- Ааа… как бы я уполномочен вести переговоры с Андреем.
Для этой беседы Артур выбрал такой тон, каким разговаривают с подзаборной пьянью:
- А ты блядь разуполномочься и поговори со мной. Сколько, называй сумму.
- Как бы это моё дело и Андрея, я не могу…
- А ты смоги, ты вымогатель или так – поссать вышел? Ты как вообще собрался деньги получать?
- Аааа… как бы мы договорились на двадцать пять тысяч долларов.
Артур уже вовсю улыбался, остальные тоже расслабились. Чтобы все слышали, он нажал на спикерфон:
- Как охуительно, как раз столько у меня сейчас в кармане. Подъезжай к заводу и забирай своё бабло.
Владимир заулюлюкал, Игорь ухмыльнулся, а Алексей крикнул:
- Только возьми пакет побольше!
Вексельберг разъединился. Артур вернул Андрею трубку:
- Держи, жертва. Где ты таких уродов цепляешь?
- Позвони на Пауэр – как там наша фура, – сказал Владимир в дверях, – перезвонишь мне как машина загрузится.
И вышел из кабинета. Хмарука на работе не было, мобильный его не отвечал, складские телефоны на Пауэре оказались заняты. Руководство Паур Интернэшнл ничего не знало про чеченов, оказалось, этой темой владел один только Хмарук. Чеченская угроза оказалась вымышленной. Но насчет срыва погрузки он не наврал. Когда дозвонились на склад, кладовщик ответил, что фура для Экссона не будет грузиться из-за проблем с документами. Тут же перезвонил водитель и стал возмущаться: его поставили под погрузку, он простоял растентованный два часа, а теперь оказывается – хрен с маслом! И он, как все работяги, стал качать права и требовать неустойку.
На выяснение обстоятельств ушло полчаса. Как обычно на Пауэр Интернэшнл, всё замыкалось на каком-то одном менеджере, и никто в офисе не владел вопросом. И этим ответственным менеджером был не Хмарук, а некий Иевлев, который в данный момент времени отсутствовал. А его мобильный телефон никто не знал – это новый сотрудник.
Главным для Андрея было то, что с него снят вопрос. Неприятно конечно, что придется платить транспортной компании неустойку – около пяти тысяч рублей. Но он был готов заплатить её из своего кармана, лишь бы не всплыли обстоятельства его знакомства с Зазой, Умаром и Лечи, и прицепом за ними Блайвасом.
До конца рабочего дня пытались решить вопрос с погрузкой фуры. Бухгалтерия подтвердила получение денег на расчетный счёт и выписку накладных. Все бумаги на отгрузку готовы. Но складские работники утверждают, что не получали бегунок, на котором должна стоять подпись ответственного менеджера.
- Вы понимаете, что у меня срывается поставка моему клиенту! – кричал в трубку Артур. – Завтра ваш ёбаный менеджер заплатит мне неустойку!
Но это было завтра. А сегодня была неурегулированная непонятка с Хмаруком и Вексельбергом. На стоянке возле таможни, перед тем, как разойтись по своим машинам, Артур похлопал Андрея по плечу:
- Давай, не бзди, завтра разберемся!
Андрей почти спокойно уселся в свой Вольво, завёл мотор. И тотчас раздался звонок. Какой-то незнакомый номер. Андрей ответил.
Это был Хмарук.
Андрей с трудом изобразил улыбку – мимо проезжали Ансимовы на спортивном мотоцикле БМВ, Алексей с заднего сиденья помахал рукой. С другой стороны просигналил Игорь, выруливавший со стоянки на Мицубиси Паджеро Спорт, и Андрей, повернув голову, посигналил в ответ. Голос в трубке между тем вещал:
- Слышь ты, пижон, сейчас скину тебе реквизиты, ты на них переведешь пятьдесят тонн зелени, не переведешь – твои компаньоны узнают все подробности чеченской сделки а также то, как чечены собираются отжать у Быстрова аккумуляторный бизнес, а ты им в этом помогаешь. Время тебе даётся до утра. Ты чего там притих – змея в жопу залезла?
Последнее предложение Хмарук произнёс в пустоту – Андрей разъединился. Подумав, вообще отключил трубку. Ему пришла в голову мысль и самому отключиться, и он вместо офиса на Мойке, 70, отправился на фитнес. Не подключая сотовый, он отзвонился с ресепшн Ренату по городскому телефону и предупредил, что сегодня не приедет. Затем поднялся на второй этаж, переоделся, вышел в зал и занялся на тренажерах. Владимир, как обычно, тусовался по залу, приставая к девушкам. Заметив Андрея, подошёл, и затеял ничего не значащий разговор о спортивной одежде, волгоградском бизнесе, и опять же о девушках. Затем, оборвав самого себя, напомнил, что нужно молчать и ничего не говорить Ансимовым о том, что Быстровы крутят деньги у Андрея на его волгоградской фирме, ещё напомнил о том, что подходит срок выплаты процентов, и, не дослушав ответ, отчалил.
Этим вечером Андрей вместо обычного часа-полутора пробыл в спортивном клубе три с половиной часа – поработал на тренажерах, поплавал в бассейне, сходил в сауну, посетил салон красоты, долго сидел в баре, в котором, вместо обычных коктейлей – яблоко с сельдереем и свежевыжатый апельсиновый сок с перепелиными яйцами – принял усиленное питание в виде омлета из страусиного яйца и морковного салата.
Идя на парковку, расположенную в подвале торгового комплекса «Сенная», он вспомнил, что Ансимовых-то в клубе не было. Странно – они из фитнеса практически не вылазят, приезжают туда даже просто подрыхнуть полчаса на лежанке возле бассейна.
Вечером на домашний телефон позвонил Ренат. И сообщил интересные новости: в конце рабочего дня вокруг офиса на Мойке нарезал круги ярко-синий спортивный мотоцикл БМВ с двумя парнями. Они даже заехали во двор и стояли там минут двадцать, подозрительно разглядывая всех, кто входит и выходит из подъездов. Тот, что за рулём, был без шлема, и в нем Ренат узнал одного из компаньонов Андрея.
- Они видели Снежану? – обеспокоенно спросил Андрей.
Оказалось, нет – Ренат предусмотрительно придержал её, велел не высовываться и по окончанию рабочего дня, дождавшись, пока синий БМВ скроется, вывез на своей машине. И он посоветовал Андрею некоторое время, пока ситуация не нормализуется, не показываться в офисе.
Включив сотовый, Андрей обнаружил СМС с реквизитами, на которые нужно перечислить пятьдесят тысяч долларов. По крайней мере, на это надеялся отправивший их Хмарук.
Осознание опасности пришло позже, когда он лёг спать. Он долго ворочался, пытаясь заснуть, только сейчас он начал соображать, что же такое сообщил Хмарук Артуру, из-за чего тот отменил фитнес и отправился не куда-нибудь, а на Мойку, 70. Не надо быть профессором логики, чтобы догадаться – шантажист сдал все левые дела Андрея, включая фирму, находящуюся под присмотром Блайваса. Ему стало страшно, и он принялся ругать себя на все лады – дурак, безмозглый идиот, погнавшись за миражом, упустил главное – Экссон, компанию, в которой ежемесячно получает чистыми от 10 до 15 тысяч долларов. Вспомнились угрозы Владимира – выпиздим с фирмы, отправишься в свой Волгоград – часто звучавшие в первый год становления петербургского бизнеса. Сейчас эти угрозы могут стать реальностью – смотря что преподнесет Хмарук. А что Волгоград – там с виду успешный, а на самом деле проблемный бизнес, большие обороты, но долги почему-то постоянно растут, чистую прибыль невозможно высчитать, получается, что постоянно перехватываешься и живёшь в долг. Латать дыры, платить проценты по долгам приходиться из зарплаты Экссона. Компаньоны Андрея богатеют, а он беднеет – и всё из-за безумных проектов, в которые он ввязывается.
Надо во что бы то ни стало придумать оправдание – до утра, чтобы объяснить пацанам ситуацию, а позже – расправиться с Хмаруком. Но что объяснять? Что он им наговорил такого?
Надо срочно спасать ситуацию – ибо замаячил реальный неиллюзорный пиздец.
Это были не те мысли, что помогают заснуть. Андрей поднялся с постели, пошёл на кухню, выпил чаю с мёдом. Вернулся в кабинет, включил ноутбук, открыл текстовый редактор, и стал набрасывать варианты объяснений.
Бесполезно. Чем больше он писал, тем становилось очевиднее, что придётся импровизировать на месте. И он ничего не смог придумать более полезного, кроме как собраться и поехать в ночной клуб Магриб – прекрасное место, где нужные решения сами собой приходят в отягощенную проблемами голову. Там, в обстановке упадочного интимизма он пробыл до двух часов, вдыхая пьянящий, душный запах то ли гарема, то ли восточного борделя, а остаток ночи провёл на квартире для свиданий на углу Апраксина переулка и Фонтанки, которую снимал вскладчину с Быстровыми, в обществе дамы полусвета, чья работа и опасна и трудна и совершенно напрасно трактуется некоторыми умниками как «лёгкое поведение».

razgon.shop

Comments are closed.

stack by DynamicWp.net