Реальные истории Rotating Header Image

Сбывшееся ожидание – глава 69

gl69

Эту ночь Исмаил Троханов провёл дома с семьёй, в своей московской квартире – впервые после покушения, вопреки советам друзей (и милиции) скрываться на время пока не поймают киллеров. Но одного уже схватили – причём не благодаря официальному следствию (по некоторым соображениям Троханов не выдал следователям, что опознал нападавших), а стараниями товарищей из Бнай Брит, для которых помощь и взаимовыручка – это не пустой звук.


Он не мог скрываться потому, что общественная деятельность была для него всем, –
главным смыслом жизни. Достаточно на два месяца исчезнуть с телеэкранов и первых полос СМИ, как о твоей персоне забудут и придётся снова изобретать инфоповоды, чтобы о тебе вновь заговорили.
Поездка в Петербург, где намечался митинг протеста против вырубки леса из-за расширения трассы Е-95, сорвалась, и Троханов посчитал футбольный матч знамением судьбы. Больше двух месяцев он не был дома – сначала больница, потом скрывался как преступник по съемным квартирам, опасаясь повторного покушения, и вот толпы футбольных фанатов, заполнившие все транспортные средства общественного пользования, самолеты, поезда и автобусы, решили исход дела – он пришёл домой. В конце концов, какой из него правозащитник, если сам себя не может защитить!?
Жена, открыв дверь, обрадовалась и перепугалась одновременно. Она лишний раз боялась навестить его там, где он скрывался – предупредили, что киллеры запросто могут выследить; а тут он сам явился!
Он успокоил её – один из киллеров, Умар Радулов, находится в СИЗО, двое других скоро будут депортированы из Польши, их ждёт справедливый суд – сначала официальный, а потом, на этапе… об этом тоже позаботятся. Боже, сколько дел! Сколько нечисти бродит по земле – антисемиты, ксенофобы, гомофобы, насильники-педофилы, казнокрады, режимные псы, сталинисты, путинисты, националисты, экологические преступники, прочие гойя-гопота, которая не знает, как креститься, и, конечно же Андрей Разгон, последнее бедствие для остатков Вселенной, чья безнаказанность становится уже национальным позором.
Троханов заказал из ресторана «7,40» фаршированную щуку, морковный пирог с медом, латкес из мацы, форшмак из путассу, харосет по-иерусалимски. Посидели тихо, по-семейному – пришла тётя Рахэль, племянница Пуришка, Менчманы – Мордехай и Циля, и дядюшка Йерахмиэль. Обсудили новости: усиление шекеля привело к тому, что российские экспортеры мяса не выдерживают конкуренции с израильскими фермерами, ожидается рост продажи баранины в страны Закавказья, сельское хозяйство Израиля по-прежнему не оставляет сомнений относительно того, кто является крупнейшим заготовщиком рогатого скота на свете.
Спалось хорошо – давно его сон не был столь безмятежен. Вот что значит родной дом. Троханов проснулся в пять утра – за четверть часа до того времени, на которое завёл будильник. Встал, пошёл в ванную. Когда вышел, чуткая супруга, также проснувшись, уже приготовила завтрак – травяной чай и свекольный пирог.
В шесть пятнадцать позвонили – диспетчер попросила выйти к такси. Одновременно они услышали, как к дому подъехала машина. Открыв окно, Троханов выглянул во двор – у подъезда стояла желтая «Волга»-такси. Вдоль дома вереницей выстроились машины жильцов – стандартный набор, у каждого своё место, на котором это авто ночует уже несколько лет. В остальном тоже как обычно – палисадник, детская площадка, трансформаторная будка. Хорошо освещенный двор был как на ладони. По статистике 80% правонарушений совершается в темное время суток, но в освещаемых местах в шесть раз меньше, нежели в тех, районная администрация которых экономит на фонарных столбах и электричестве.
Прощаясь, жена перекрестила его:
- аде’ха тфила.
- Он шоме’а тфила’ – ответил он.
Изменение дворовой мизансцены Троханов прежде почувствовал, а потом, подойдя к такси, уже увидел: из тени, отбрасываемой трансформаторной будкой, выдвинулась мужская фигура с автоматом в руках, боковое зрение зафиксировало ещё одного – справа. Троханов, всё ещё ощущавший тепло домашнего очага, не сразу почувствовал себя жертвой. Находясь под прицелами двух бойцов с автоматами, он достойно двигался к двери, которую вежливый таксист приоткрыл для него. Их огневые позиции располагались таким образом, что вместе с жертвой они образовали прямоугольный треугольник – как во время предыдущего покушения. Но на этот раз они выбрали более надёжное оружие. Две автоматные очереди слились в одну. Когда дуэт умолк, послышался женский крик, вой автомобильных сигнализаций, подключившихся к полифонии – на нескольких машинах сработала охрана, перезвон клаксонов которой отыгрывал заупокойную мессу по погибшему правозащитнику.
Двое стрелявших, побросав автоматы, подошли к изрешеченному пулями такси и встали над окровавленным телом Троханова. Тот, что подошёл от трансформаторной будки, пригнувшись, посмотрел внутрь машины, увидев водителя, чья голова покоилась на баранке, спросил товарища:
- Что, Умар, на этот раз не промахнёшься мимо головы?
Тот, не расслышав из-за серенады автомобильных сирен, наполнивших двор и отчаянного женского вопля, доносившегося с третьего этажа, вытащил из-за пазухи пистолет и переспросил:
- Чего?!
Не дожидаясь ответа, Умар прицелился и трижды выстрелил Троханову в голову – на глазах его жены, голосившей из раскрытого кухонного окна, и десятка соседей, опасливо, как бы не стали палить по окнам, наблюдавших из-за темных стекол своих квартир за всем происходящим.
Умар бросил пистолет, и они вместе с напарником быстрым шагом направились в сторону арки, в которой их поджидала машина.

razgon.shop

Comments are closed.

stack by DynamicWp.net